mom_of_mankind (mom_of_mankind) wrote in internal_child,
mom_of_mankind
mom_of_mankind
internal_child

Хроники ИРИСа -5 сентября 2015

Так многословно получается отрефлексировать. Мой способ разгрузить перенасыщенную психику)))
1 сентября, вторник
Ужасно весёлый, ужасно шумный  - просто ужасный! J – денёк, как и всегда, как и везде в любом нашем детском сообществе (вечером встретила в саду выжатых, выпотрошенных воспитателей). Знакомились, играли, общались, лопали ненавистные шарики, делились впечатлениями о лете на английском с Костей и русском с Аней, рисовали эти впечатления с Сашей, гуляли. Первоклашки чувствовали себя как дома, радовались, рисовали свои ожидания, включались в беседу, даже «рулить» уже начали потихоньку в первый же день. Детям понравилось заниматься с Аней, это греет. Ане понравилось с детьми, она особо выделила общительного Никиту, это тоже дорогого стоит.
Для меня праздник был омрачён тяжёлой беседой с пришедшими познакомиться родителями Ульяны-Умы. Однако польза от встречи была: мы поменяли лампы! А то бы и продолжали не замечать проблемы плохого освещения. На следующий день первым, кто заметил, что стало светлее, был Никита.

2 сентября, среда
Я посвятила день разбору своих музыкальных материалов, поэтому не участвовала в процессе. Но первое занятие математикой посетить мне посчастливилось, было очень интересно! Первоклашки тоже оценили Ларису. А дальше и остальной народ пошёл знакомиться и развлекаться математикой. Глаша выпала из комнаты с весёлым стоном («ох уж эта математика!» - чуда пока не произошло, но его никто и не ждал: завоёвывать математическое доверие ребёнка пытаемся с детского сада).
Сделав небольшую перестановку, мы расчистили немного пространства в дальней комнате, что меня очень радует: я поставила в уголок клавиши и гитары, и вообще там можно теперь ходить свободно, а не протискиваться между стульями и шкафами и не биться грифами гитар об стену. Новый принтер, новый пылесос, горы ненужного хлама, отнесённые на свалку (ультиматумом – директору: списывайте рухлядь, и так тесно, ещё и дети за лето увеличились в размерах, дышать нечем!) – день перемен, день обновлений.

3 сентября, четверг
Катя провела первый свой литературный круг. Предложила детям тянуть из мешка бумажки с именем персонажа, от лица которого надо было рассказать, как он провёл это лето. Никита был Хоттабычем (с очень насыщенной летней историей – от поездки на Гавайи до тюрьмы), Варя – Гарри Поттером (превратившим учителей в камни, чтобы не мешали работать), Мелаша – горошиной (случайно отвалилось от бумажки «принцесса на…», и она так и решила быть горошиной, вещала из желудка уборщицы, которая нашла ту в музее и проглотила), Маша-младшая – джинном,  лето «провела в тюрьме» вслед за Никитой, Пося – Буратино, который стал богачом от доходов за театр… Были и другие, видимо, но не могу сейчас вспомнить. Сама Катя была Василисой Премудрой. Очень порадовала фантазия ребят, сюжеты впечатлили. Большая часть рассказов была на хорошем уровне (больше в жанре гротеска, наверное).
В следующий раз детей я увидела на музыке. Младшая подгруппа изучала виды инструментов, учились играть («шуметь») в диалоге, говорили о музыке предложенными – и своими - словами. Представляться решили беззвучно, не готовы были петь. Интересная получилась пантомима.
Вообще каждый процесс для меня диагностический. И в нём же, извиняюсь, терапия. Всё, меня настигла профдеформация: я могу заниматься исключительно психотерапией, музыка – инструмент, литература – инструмент… Прощения просим.
Так вот, в чём диагностика:
- младшие «своего» готовы придумать в разы больше, чем старшие, однако в них больше хаоса. Но это и понятно, в творчестве всегда больше хаоса. А со старшими легко ритмизировать, все ладные-складные, соблюдают паузы, держат ритм. Хулиганскую, дикую, шаманскую штуку превратили в аккуратненькое действие. И радуюсь, и удивляюсь. С младшими – неудобно, со старшими – предсказуемо. Младшие, когда не получается, нервничают, старшие - скучают.
- каждый говорит не о музыке – о себе. Легко играть в «колдунью»: «ты, наверное, любишь рисовать?» (Маша-старшая), «тебе нравится море?» (Алиса Ла), «тебе важна тишина?» (Глаша), «ты обожаешь природу?» (Саша) - а вот музыканты штампованы, те девочки, которые когда-либо занимались на инструментах, выбирают «ритм», «звук», «звон», максимум «любовь» и «птицы», никакого тебе «потока», «тайны», «тяжести-лёгкости». Варя – движение вперёд, Саша – медитация, Алиса Ма – глубина (а как же, с таким папой-коллекционером-винила!!!), Алиса-Элис-младшая – тоже движуха и звучание, Маша-младшая – сплошная эклектика, несовместимое, казалось бы, Маша-старшая – философ-созерцатель, Маруся-Марьяша – моя любимая неизвестность (своих диагностировать труднее всего), Глаша – покой и равновесие (скорее, явный дефицит оного в окружающем её пространстве)…
Старшие больше «отмазались», «отписались» - тоже диагностично: возраст, понимаешь, погода и общее нежелание втягиваться в школьную рутину, до такой степени, что любое потенциальное «вау» может восприниматься как «уууу» (много нытья). Показательно, что для Мелаши, притопленной четырьмя годами массовой школы, эти дни кажутся просто фейерверком. А остальные наши переевшие впечатлений пятиклашки нудят и капризничают почём зря. Замечательно пихались, достойно заменив Никиту и Ярика. Пося с Дашей, две Полины. Две Полины на Мелаше. Даша – «аааа, о, нет, целых пятьдесят минут музыки, я этого не вынесу!» - практически заламывая руки, Полина: «Согласна с Дашей!»
Объяснила, что обидно пробиваться через нежелание, и совсем не обидно, когда тот, кто не хочет, не делает того, что не хочет. Однако всякое предложение покинуть процесс воспринимается как наказание или укор, девочки опускают глаза. «Какое решение вы принимаете: пойти отдохнуть или здесь поработать?» - «Остаёмся здесь». Сегодня с Никитой было по-другому (а с ним вообще надо по-другому))), никаких реверансов: «в школу пришёл? В шестом классе решил учиться? Достойно! Начинаем!» «Не хочу на муууу…» сменил аргумент: «У меня голова болит». Бездушная Лена: «Постарайся не напрягаться, береги себя. Так будешь рисовать или напишешь?» В конце жала руку и благодарила за активное участие и идеи, жаль, что забыла отметить главное: выдержку (ему, по-моему, физиологически очень сложно быть деятельным долго, а мы как-то минут на 50 опять застряли).
Но это я вперёд забежала. Про диагностику:
- Маша младшая недовольна разнобоем, ей надо, чтобы «играли с ритмом». Объяснение, что это такая уж музыка, что каждый свой ритм придумывает, не устраивает. Мучается Маша до того момента, пока я не обещаю ритм. Переходим на мелодические инструменты. Маша всё ещё не довольна, чуть не плачет, глаза  - мокрые блюдца: не так, не вместе, не «с ритмом». Рассказываю, как мы учимся: стараемся, не получается, ошибаемся, что школа и нужна для этого. Шмыгает и смиряется, а встревоженный машинным настроением «оркестр» при следующей попытке звучит гораздо более слаженно. Уф, победа, выдохнули. После стресса – расслабон: в конце занятия  - кувыркание, баловство и кокетливые капризы.
Лабильная нервная система обогащает, но и усложняет общение, особенно когда оно направленное, «по инструкции», в сторону произвольности. Сегодня Маша вообще дулась, что всю ночь не спала, утверждала, что будет спать на занятии, хмурила брови (так и рисовала в первые минуты нахмуренная), сколько могла. Получилось недолго. Но это было важно.
- Ещё Маша младшая очень любит шутки. К примеру, заявляет, что ей не дали отоспаться (песня быстро закончилась). Или поёт смешную песню, приглашая посмеяться вместе, или пытается пересказывать «вредные советы», широко используя жесты. Хвастается папой, самым шутливым шутником на свете. При этом она очень вежливая, разборчиво просит, громко и по нескольку раз благодарит, когда выполняешь её просьбу. То же можно сказать и о Варечке. Может, это потому, что выдрессированы Монтесолнышками? J В общем, у Маши идёт интересный процесс собирания всех своих ярких частей в органичную систему. А нас, учителей – или в камни с помощью Вари-Поттера, или чтобы влияли-помогали потихонечку, терпеливо и по возможности незаметно.
Вспомнила замечательное слово-шифр из книжки-головоломки «Зубака»: ЧУЯТЕЛИ. Не учителя: чуятели здесь незаменимы. (Кто ещё не баловался с этой чудесной книжкой, советую: наслаждение для всей семьи, с того возраста, в котором ребёнок слова складывает).
- Ульяна не доверяла, настораживалась, хмурилась - Ульяна раскрылась, разулыбалась. Мама не доверяла, удивлялась, переживала - мама открыла в себе новое направление. Такая насыщенная, непростая неделя у людей, что в пятницу пришлось отсыпаться. Ребёнок и мама, связанные психологической пуповиной, находящиеся в естественном, сильном резонансе.
Второклашкой больше. Эксклюзивной в ИРИСе осталась теперь только Алиса Ма.
- Варя очень хочет учиться много и долго, но… это не будет, этого не хочет, а это вообще злит и раздражает. Начинаем работать – её засасывает внутрь процесса. Хотя уже понятно, что предпочитает ребёнок простые ученические радости, которых я ей в своих музыкально-болтологических процессах дать не могу –  или  могу, но изредка: читать, писать, считать. Мечта учителя, а не ребёнок. Ужасно расстроилась, что я никак не куплю ей блок-флейту (целых два дня)))). Решила играть на клавишах, когда поняла, что можно переключать их на звук скрипки, иначе даже подходить не хотела. «А Варя у нас с характером!» - заметила Глаша, а уж она-то в этом неплохо разбирается, у неё дома такой вот крепкий орешек подрастает. Рифмы Варя хорошо чувствует.
- Даша! Не хочет заниматься музыкой, а когда забывает про свою позу, поёт. Причём песню, похоже,  запомнила с первого раза, и слова, и мелодию. Это кажется невероятным, но она поёт вместе со мной. Уверена, сама не вспомнит ни слова. Но вместе - успевает подхватить на микросекунду позже. Никого я не просила петь, не было задачи «выучить песню». Даша в одиночестве старалась за всех, и у  неё получалось! Сегодня сказала мне: ладно, может, будем с тобой пением заниматься, так и быть, попробуем. Истинная королевишна! Как бы не послала за подснежниками…
Ходят за мной старшие дети с вопросом «можно?...» - «в магазин», «домой», «покушать», остаться в школе вместо прогулки, слиться, забыться… Пося, Поля, Никита, Даша. Ходют и ходют, а потом полы грязные J. Я не знаю, обращать ли на это внимание. Первая неделя всё-таки. Посмотрим, как пойдёт. И потом, это возможность приготовиться к тому, что в седьмой класс они придут уже точно на весь год такими, потому как подростку по статусу положено отложить гранит науки и предаться великой межличностной коммуникации. Воспринимать происходящее сейчас, как репетицию. Спросила их, чего ждут от музыкальных занятий, получила ответ: игр типа «музыкальных стульев», чтобы побегать и на инструментах побренчать (Полина сразу придумала модификацию игры, в которой задействованы шумовые инструменты). Детский сад, право. Заказы мне придётся выполнять хотя бы частично.
Что, на мой взгляд, требует сглаживания? Два острых момента: глобальное отрицание девицами никитиных чувств и явное преимущество Ме в мотивационном плане. Первое тормозит взаимодействие: осекают, объярлычивают («ты как всегда», «ты в своём репертуаре», «ну, перестань» или просто «ну, Никита!» - посины интонации). Второе – просто нельзя, чтобы все заметили. Как-то вот… не хочется. Есть, конечно, шанс, что конкуренция поднимет мотивацию, но мотивация из точки конкуренции… мммм… Мелаше-то хочется одобрения, хотя больше учительского, чем девчоночьего. Приходится разбавлять, задавать вопросы другим – лично, включать, выравнивать. Заметила неловкое: девочки старшие передо мной рисуются чаще, чем действительно увлекаются предметом обсуждения. Лен, посмотри, как у меня. Лен, послушай, что я написала. Это всё как будто не для себя, не для других: для Лены. Смею надеяться, что не для оценки, а для поддержки. Но так хочется, чтобы развернулись постепенно друг к другу хоть немного…
- Пося сделала длиннейшую волну (взяв бубен «шум моря»), как заправский моревед-путешественник, после этого талантливая во всех областях, музыкальная Мелаша ВООБЩЕ не справилась, сделала несколько рваных движений, не смогла сохранить паузу «между дорожками» (передавали его друг другу). Не нужен никакой рисуночный тест и кляксы Роршаха, чтобы заметить напряжение и его причину. Хотя большой беды не вижу. Чудо-девушка. Чего стоит её «ноябрь - конец красных аллей» и «лужи замерзают, как и я…» А сама читать вслух свой текст отказалась, разрешила мне. Думаю, чувствует, что не нужно перебирать с активностью, не хочет звучать в одиночестве.
- Полли. Я хочу называть её Полли, и она пока милостиво соглашается. В обсуждениях… молчит! «Можно не участвовать?» - конечно, можно. Я прислушиваюсь к её тишине. Приноравливаюсь к изменчивому темпу (может скучать, мяться, ластиться, может начать суетиться и тарахтеть без остановки, порывисто обнимать). Полина хотела бы всё время на музыке играть на «лягушечке» и бегать. Неопознанное существо! Бегать?... Боюсь, что с мальчишками её желание пропадёт. Но надо попробовать. «Можно не только это?... Можно не это, а другое?» - ответ «можно» удовлетворяет настолько, что делает… по инструкции (но – с вариациями!). В этом проявляется проверка степени свободы и самобытность.
- Алиса Ма играет. Рекомендовать бы её на роль! Но может и отказаться. Вот стихи свои никому не позволила читать (правда, громко и «настойчиво» не позволила, и нарочито отвернулась, когда я взяла и несколько раз переспросила: мне-то можно? То есть я читала, она весело продолжала рисовать, видя, что я читаю): «не хочу, не хочу, нет, не хочу» - мотая головой,  подметая хвостами окружающих. С улыбкой говорит о неприятном, о своих грустных чувствах. Долго выбирает – ради того, чтобы подольше задержаться в «не знаю». Причём это не снятие ответственности, это решительное «предложенное - не хочу, а другого ещё не придумала». Своей силой себя малость подпинывает. До согласия с собой далековато, ждём-с. Пока вот игра – выход. И яркие эмоции на поверхности, мамина дочка J
- Алиса Ла – воплощённая нежность. И голос, и жесты, и речь, и мимика. И даже имя (и фамилия))), и весь портрет, и хрупкость телесная. Амфитрита! Хочется это беречь, а не всегда получается – мы ж такие влиятельные, законодательные, спешащие и озабоченные, нам подавай строем-с-песней (особенно мне), терпения на тонкие вещи не всегда хватает. А они очень, очень тонкие! Но в этом  изяществе скрыта большая прочность. Приятное, понятное, постоянное служит Алисе защитой.

На музыкальном занятии с младшими я попросила представиться музыкально. Дети распереживались, стали показывать крестики  - мол, нет, я пас, только не я. Придумали сделать это беззвучно, заодно отработали артикуляцию. «Угадали» мы легко спич Вари, Маши-старшей, Алисы Ма, с третьего раза – Алисы Ла. Саша почти не раскрывал губ, но зато «поддал» звука, и мы угадали по шёпоту (заодно отработали слух)), Маша младшая сильно махала головой и руками, а Ума вещала по-английски, и мы смогли разобрать только «I like…» (потом радовались, что почти угадали розовый цвет и ананасовый сок, ничего запредельного), пришлось ей мне, неразумной, на ушко всё повторять несколько раз, да ещё и  с переводом!)
Старших я подгрузила Мендельсоном. Ми-минорный концерт, наикрасивейшее звучание скрипки (пыталась перевести слово «pure» для определения, так как в русском одним словом и не скажешь – и вообще про слова много было в обеих группах: их недостаточность, восприятие сердцем и разные возможности выразить музыку, сложности и многозначности, способы и инструменты). Увертюра к «Сон в летнюю ночь». Интересно, кто-то помнит, что люди женятся под музыку «ослиной» свадьбы?... Надо перечитать Шекспира и поднять либретто, вдруг я ошибаюсь. Ужаснула детей перспективой почитать Шекспира в подлиннике J («зачем?!?!»)
Решали, как можно потрогать, увидеть музыку, вообще про органы чувств. Маша старшая спросила, как я вижу музыку, какой я её вижу. Решили, что у всех по-разному в разные моменты с разной музыкой. Когда я играю (и пою) или включаю музыку и прошу детей закрыть глаза, они уже не всегда «спят», включают внутреннее зрение.

В пятницу, 4 сентября, мы открыли сезон дискуссий, благо, тема витала в воздухе: погода резко изменилась, лишив нас велосипедной прогулки. Голосовали за осень, подсчитывала Аполлинария (отказавшаяся от участия в дискуссии), в итоге с разницей всего в пять голосов победили приятные впечатления. Многие клали и светлую, и тёмную бусину. Никита и Костя однозначно осень не любят, хотя Никита ждал школы, это единственное его светлое переживание, белой бусины не заслужившее. Когда потом аргументировали рисунком или письменно, он «похоронил» лето. Спрашивал, когда будет следующий дискуссионный клуб, предложил предмет дискурса («почему мальчики во всём должны уступать девочкам?» - и, похоже, у него есть все шансы доказать обратное, ибо из женских аргументов предварительно мы услышали только «ну, Никита», «бла-бла-бла»  и «бе-бе-бе»). Осень есть, мы её никак не отменим, так же, как и социально принятое отношение к девочкам, и это здорово упрощает дело, дискуссия не может перейти в спор, она изначально ограничена самой темой, допускает только обмен мнениями.
Этот формат показался мне не совсем подходящим для общего круга (с предложения Никиты передавать колесо и позволять высказываться всем по несколько раз – процесс затягивается, первоклашки не выдерживают и начинают убегать, Саша периодически меняется местами со стулом и задумчиво набивает рот фишками). Можно будет начинать вместе, давать возможность высказаться самым активным, а потом продолжать по группам – как мы и сделали сегодня, но позже.
Пела затёртую (ну, дети-то этого не знают) бардовскую песню про дожди (В. Егорова). А потом ещё пела - по просьбе трудящихся (Вайханского).
Надо бы выбраться на концерт, они так любят слушать! Даже самые подвижные и взбалмошные затихают.
Потом в старшей группе расчленили эти «дожди» по средствам художественной выразительности.
Но об этом позже.
- Маша старшая, как я уже сказала, философ. Очень интересная! «А как Вы думаете, Елена…?», «А что Вам больше нравится?», «А как можно полюбить себя?» Неожиданнее всего было вот что: «Надеюсь, Вы не собираетесь читать Андрея Белого?» Я судорожно перелистнула страницы и уверила Машу в том, что обойдётся без него. Оказывается, у ребёнка отторжение по причине того, что нужно было заучивать стихи в театральной студии.
Жаль.
Мы как раз говорили накануне составления программы по литературе о том, что нужно бы для отработки навыков, требуемых ФГОС (анализ структуры, к примеру), брать тексты, заранее прощаясь с их художественной ценностью для ребёнка. То есть жертвовать. И всё-таки я решилась на препарирование текста песни, поиск метафор, эпитетов, сравнений. Мне кажется, что с песнями всё по-другому, ценность возвращается в процессе исполнения J
На следующем занятии -  которое не знаю, как назвать (музыка? литература? рисование? психология?) - начали с того, что с помощью рисунка аргументировали свою любовь-нелюбовь к осени. Алиса-Элис-младшая отнеслась к заданию со свойственным ей юмором, изобразив девочку в луже, в каждой руке по табличке «акция» (потом эту «акцию» скопировала Глаша в другом контексте): мол, подходи, налетай, всех обрызгаю! Сфотографировать не дала, но сама на свой телефон пощёлкала.
Варя скопировала мою идею, но исполнение получилось намного ярче оригинала.

Маша хмуро посидела, нарисовала куколку-балеринку, а потом изобразила «торт её мечты» и что-то ярко-салютное.




Кстати, для многих главным аргументом «за» осень был день рождения. Алиса Ла взяла с меня слово «не превращать ноябрь в апрель» (в песне – так:
Я прикоснусь губами к талому ручью
И стану дуть в него, как в тонкую свирель,
И я его звенеть по нотам научу
И снова превращу ноябрь в апрель.
).
Алиса Ма осуществила свой тайный замысел: нарисовала летающую кровать с пологом. Да, жить, спя! – как я её понимаю… Там ещё к дождику прилагается много ноток из папиного проигрывателя и сожжённые зонтики, а также сладкий дом с трубой-мороженым.

Алиса Ла отмечает свой др с телевизором, а за окном всё-таки… лето.

У Маши старшей картинка внутри разноцветная, а в окне – грустная. И цветок на окне окрасился этой грустью.

Марьяша выглядывает из окна пузатого, надёжного, яркого дома, провожая капельки и любуясь радугой в небе.

Автографы-подписи – с вензелями (договорились сделать по-особенному, не просто имя написать).
Пока рисовали, слушали «Осеннюю песню» Чайковского, обсуждая, почему фортепиано так называется, и когда в пьесе форте, а когда - пиано, потом слушали стихи (Варя: «я люблю поэзию серебряного века!»), представляли себе настроение поэтов и их отношение, угадывали рифмы, поняли, что рифм к одному слову может быть много. И что поэты могут вообще забыть о рифме (Маша старшая знает, что это называется «белые стихи»). Насмешил «рыжий месяц жеребёнком…». Поиграли с «жеребёнком» и «это же ребёнком» - просто так.
А Саша в этот раз до нас не дошёл, увлёкся компьютерной математикой, которую Егор Никите показал.
Старшие тоже рисовали, Мелаша успела и написать, Полли всех сподвигла на аппликацию, Даша инициировала процесс штриховки, принеся с улицы листочки, чтобы рисовать с натуры. Некоторые растения мы определили (потом ещё, выйдя на прогулку, обратили на них внимание).
Так что Даша, Пося и Полина не только рисовали, но и резали, и обводили. Полина захотела изобразить «ненастоящие» листья, с орнаментом.

Пося «испортила» свой рисунок лужами, хотя я так не считаю. Девочки подсказывали, чем исправить («добавь горизонт» - Мелаша).

Никита быстро начеркал похороны лета и мечтал показать свой рисунок и рассказать о нём, еле выдержал часть с Чайковским. Глаша, напротив, обрадовалась ему, как старому знакомому: «Мама включает мне Чайковского и говорит, что это хорошо». Стихи не пошли, на слух никто не воспринял. Читала по три раза с разными интонациями и динамикой, сильно жестикулируя, чтобы хоть немного включить воображение детей. Глаша с готовностью участвовала в обсуждении, хотя это не особо проясняло: «грустно ему, а потом веселее» - максимум, на что её хватало. Мелаша была занята работой, в беседе не участвовала. Пося тихонечко общалась. Никита постанывал. В следующий раз будем пробовать другие условия – да хоть на полу с закрытыми глазами, как с песнями. Надо учитывать, что дети не обязаны говорить, если следовать декларации прав читателя Пеннака. Поэтому так тоже устраивает. Полина спрашивала, что значит «след янтарный», тем более который оставляет «закат на коре». С Дашей мы разошлись во мнениях: я готова ей доказать, что все стихи  - про любовь. Скептическая Даша: «ну, и где здесь любовь?» - «а как же девушка-орешина?» Полина: «Но стихи же пишут и женщины!» - «да, тогда в них про мужчин». Открыли тему и бросили.  Пусть остаётся такой – открытой.
И вот, наконец, Никита дождался звёздного часа. Мы рассматривали его рисунок, и девочки стонали, что он «как обычно».

Я всячески показала, что идея мне интересна, метафора достойная и ясная, порасспрашивала о подробностях. Каждая ответная фраза Никиты вызывала вот эту противную девичью реакцию, пока я не заметила, что он имеет права на свои чувства так же, как и все мы, и говорить о них очень важно. Речь зашла о зомби, о вере, о страхах. Даша рассуждала так: во что веришь, то и имеешь. Вот, к примеру, чёрный кот… - и мы вошли ненадолго в формат психологического клуба, вот что тревожит, вот что интересует, увлекает, занимает! У каждого обнаружились страхи и тревоги, хорошо было вынести их в светлый день и безопасное дружественное сообщество. Полина молчала. Мелаша о своём тоже не говорила, но комментировала чужие истории. В течение занятия я обращала внимание детей на широкое поле нашей деятельности (как объяснить межпредметность детям, настроенным на что-то определённое? Маша старшая: «а у нас сегодня уроки будут?» - «а они уже были!» - «когда?!» - «вот такие у нас необычные уроки, что их незаметно». Саша: «нам обещали, что уроков не будет!» - «так их и нет, это и не уроки». Запутали себя и детей J), поблагодарила Никиту и Дашу за «психологическую часть». Полли придумала отмечать метафоры, эпитеты и сравнения цветом, остальные просто подписывали. Никита честно говорил, что «угадал случайно», потом начал «немножко понимать, но в основном угадывать». Вообще с Никитой в этот раз я «ай-да-пушкин», чего скромничать. С результатом. Не только я, конечно: сам формат дискуссий и различных социально-психологических штук – его конёк. Грустно, конечно, что в его жизни так много «страшилок». Хорошо, что он об этом говорит, анализирует («пересмотрел как-то, потом со мной такое творилось… больше не буду в таких количествах смотреть»). Хорошо, что своим интересом к вопросу вытягивает из остальных тайные страхи, проявляет проблемы. Никита – катализатор для процессов остальных детей. Может, немного и своё прорабатывает. Хочется верить.
Вот филигранная девичья эстетика Мелаши:

А это её миниатюра:

А как выразительна Глашина девушка, согнувшаяся от дождя и ветра в огромном городе с "акциями" и рекламами.

Вот и листья:

А это - полинина художественная работа со средствами художественной выразительности:


После еды дети, которые не хотели гулять, решились, увидев новенькие «подпопники», а те, что ныли о прогулке с самого утра, гулять отказались! Атмосфера малость накалилась, оказалось, что некоторые не готовы к выходу. Тут уж вопрос к родителям, рабочий момент.
Всю эту короткую неделю дети трепали меня на предмет индивидуальных занятий. Пойду составлять расписание…
Tags: Москва, воспитание, дети, музыка, образование, психология, семейная школа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments